СНИМАТЬ ВЕСЕЛО - СМОТРЕТЬ С УДОВОЛЬСТВИЕМ!



("РОЛАН" №1 Январь'2013)

Вряд ли Иван Стебунов в восприятии зрителей связан напрямую с комедийным жанром. Скорее, он для них романтический герой. Но таково уж ремесло актера, что на творческом пути оно предлагает ему попробовать себя в самых разных проявлениях и сломать стереотипы (или даже не дать им сформироваться, если речь идет о молодом артисте). Картина «Билет на Vega$» — несомненно, подарок для поклонников Стебунова и для всех, кто страстно желает, чтобы комедийный жанр вернулся в отечественный кинематограф. Персонаж Ивана, Макс, вечно попадает в глупые ситуации, но однажды ему сказочно повезет…

- Иван, то, что вы сыграли в картине «Билет на Vega$», — стопроцентная случайность или вы намеренно хотели себя попробовать в комедийном качестве?
- Скорее, первое. Все было как обычно: пришел на кастинг к знакомым продюсерам, прошел пробы. Но при этом сам лично отнесся довольно настороженно к этой идее — чтобы я играл комедийную роль, притом довольно несуразный характер. Мне кажется, комедия — это самый сложный, коварный жанр в кино. И как к нему подступиться? В кинематографе я этого жанра боюсь, искренне. В отличие от театра, где смело берусь за комедийные роли, — там я себя чувствую как-то свободнее. Кино предполагает иную подачу материала, и я не знаю, наделен ли я ярким комедийным талантом в этом отношении — премьера покажет. Вот когда настанет время волноваться! Да я и сейчас волнуюсь.

- Какие, собственно, опасности вы видите в этом жанре для себя — в данном проекте?
- Понимаете, в «Билете на Vega$» роль очень выигрышная, с одной стороны, — там было что играть, и играть очень остро (да и все персонажи были таковы). Но с другой — надо было пройти по самому краю, балансировать постоянно на грани и при этом не свалиться в наигрыш. Надеюсь, нам это удалось.

- Так ваш герой не просто попадает в нелепые ситуации, он и сам по себе смешной?
- Да, это такой человек, у которого все валится из рук, без проблем не может и гвоздя забить в доме. Работает рентгенологом. В меру раздолбай, в меру романтичный. Нормальный, типичный представитель сегодняшней молодежи. Правда, ему еще и выигрыш громадный привалил, что уже нетипично и выводит всю историю на путь, полный каких-то невероятных событий. Путь, приводящий моего героя и его девушку в Лас-Вегас. Дуракам везет, в общем.

- Сами съемки насколько напоминали по жанру то, что вы снимали? Короче, были ли в рабочем процессе над фильмом какие-то казусы, комичные ситуации на площадке?
- Картина снималась американской командой — там казусов быть не могло. По определению. (Смеется.)

- То есть вы, как и ваши коллеги, с которыми мне довелось побеседовать, тоже в восторге от партнеров из США?
- Ну, я вообще человек сдержанный, эмоции свои так сильно не выражаю, поэтому оборот «в восторге» ко мне вряд ли применим. Американцы умеют работать, никаких чудес нет, они просто работают. У них “почему-то” все готово, все заранее продумано, предвидено, предусмотрено, осуществлено четко, слаженно. Причем я узнавал про их зарплаты, мне было очень интересно выяснить для себя механизм происходящего: я не могу сказать, что их представители цехов, обеспечивающих функционирование кинопроцесса, получают больше своих российских коллег. Ничего подобного! Значит, дело не в оплате, а в каком-то позиционировании себя в этом мире, в приоритетах, которые эти люди для себя определяют, в том удовольствии, с которым они работают. Это действительно так. Они друг друга хвалят, на работе пребывают в неподдельно хорошем настроении. Я человек недоверчивый и все хотел поймать их на какой-то фальши, знаете, сказать: «Да-да-да, они улыбаются неискренне!» (Смеется.) Не получилось, не удалось — не поймал. Они действительно радуются, они правда такие. У них все с позитивным настроем происходит. Хотя я не считаю, что мы должны быть такими же, как они. Люди разные, у нас свои плюсы, и, наверное, у всех есть свои минусы. У нас все спонтанно, вечно какие-то неожиданности, смешивающие все планы, ну, на то и смекалка, чтобы выкручиваться из сложных ситуаций, она у нас развилась именно благо- даря нашей непредусмотрительности. Но искусство может рождаться и в той, и в другой ситуации. Вот у нас чаще получается так — если перефразировать Ахматову не ведаем, из какого сора рождаются стихи. У них — иначе. Главное ведь результат. Я не хочу подчеркивать, превозносить американский стиль, хотя он не может не вызывать уважения. Но у нас есть свои профессионалы.

- Да, и для них привычнее добиваться всего вопреки, а не благодаря чему-то. Творить в ситуации форс-мажора, а не режима наибольшего благоприятствования.
- Значит, так. Это данность. И все тут.

- А вы не спрашивали американских партнеров, что им бросается в глаза — какая разница, по сравнению с ними, в поведении российских коллег?
- Ох, боюсь, скажу нелицеприятную вещь. Нет, что касается профессионализма русских актеров, они его под сомнение не ставили, и комплиментов нам от них досталось предостаточно (мы тоже были предельно собранны, видя высокий уровень организации съемок, на максимуме работали). Но! Они качали головами на нашу привычку курить. Для них, как выяснилось, это была шокирующая деталь, особенность, которая сразу бросалась в глаза. То, что мы могли некоторое время сидеть, устремив свои взоры куда-то вдаль, о чем-то задумавшись, это они терпели. Для них мы тоже были своего рода инопланетянами. Но вот демонстрируемая нами неотъемлемая составляющая нашего образа жизни — курение, в целом наше отношение к своему здоровью — это шок был для американцев, конечно. Они, к их чести, практически побороли эту привычку, искоренили ее из обихода, это некурящая нация.

- Так получается, что за кадром коме-дии «Билет на Vega$» разворачивалась своего рода road-story, дорожная история, почти кино — со своими туристическими впечатлениями. Вы стали путешественниками, открывающими для себя Америку, — какой же увиделась вам эта страна?
- Я не был в США прежде, да и, откровенно говоря, не горел желанием туда попасть. Вот понять, как там работают, понаблюдать, как делается кино у них, — да, это мне было интересно. А страна, пожалуй, не поразила воображение, что ожидал, то и увидел в этой стране и в этих людях. Наверное, мы достаточно много смотрим американское кино, чтобы для нас, по сути, не осталось сюрпризов в их действительности, в том, как они живут, как реагируют на происходящее в разных ситуациях, все, в общем, предсказуемо и знакомо.

- Кинопроект — это помимо всего прочего еще и открытие своих коллег, актеров, с кем прежде не доводилось сниматься. Какие знакомства, новые встречи принес вам «Билет на Vega$»?
- Знаете, один из больших актеров как-то сказал мне, что на самом деле на пять-семь проектов бывает один, который тебя заинтересует, но гораздо важнее то, как ты прожил это время, что ты вынес из него, из общения с людьми, с которыми тебя свела эта работа, а не сама роль. Это не самоцель. Может быть, это странно звучит из уст актера. Но не столь уж важно, что выйдет на экран. Важнее, куда тебя привел этот сценарий, каким ты стал благодаря новому опыту. И для меня в этой поездке абсолютное открытие — это Олег Тактаров. Я очень рад этому знакомству, нашей завязавшейся дружбе. Он семнадцать лет живет в Америке, у него интересная судьба, это настоящая личность. «Русский медведь», чемпион мира по боям без правил — это то, что я знал прежде. И актер хороший, что получило дополнительное подтверждение на наших съемках. Но и собеседник превосходный — с ним любо-дорого поговорить. Так что я, «пользуясь случаем», через ваше издание передаю ему большой привет!

- Некоторых актеров, прошедших достаточно долгий путь получения традиционного образования в творческих вузах, раздражают люди, снимающиеся в кино (и снимающие его), которые попали в него из совершенно других профессий…
- Я не отношусь к числу таких ворчунов. Понимаю, что вы хотели спросить меня о Мише Галустяне — но это ведь человек на своем месте, он совершенно не случаен в нашей профессии. Комическое дарование у человека. Его как угодно поставишь в кадр, и, что бы он ни сделал, уже заранее смешно. Бывает же такое! Я из таких актеров могу еще вспомнить Володю Зеленского. Прирожденные актеры с ярко выраженным комедийным дарованием. Если у человека есть эта органика, есть эта химия с камерой, то какая разница, есть ли у него диплом творческого вуза или нет?
- В чем проблема, по-вашему, отчего наши зрители (молодые, в особенности) предпочитают западные комедии современным отечественным? Хочется, конечно, чтобы на «Билет на Vega$» публики было бы столько же, а лучше — больше, чем насобиралось в залах на «Мальчишник в Вегасе»!
- Мне бы тоже хотелось. Уверен, что у нас большая проблема со сценариями — в них все дело. В этом проблема. Но справедливости ради стоит сказать, что и во всем мире хромают только сценарии. Приличный текст, профессионально разработанная драматургия, симпатичные характеры — это все дефицит. Если будет достойная, интересная история, то уж кому сыграть и снять — это не проблема, есть у нас профессионалы во всех областях. Но кинодраматургов, пишущих актуально, свежо — совсем мало, и сценарии — на вес золота. Что касается наполняемости кинозалов на показах отечественных фильмов, в частности комедий, то, мне кажется, иногда имеют место стереотипы, когда изначально зрители большего ждут от западного кинематографа. А я вот посмотрел «8 первых свиданий», и мне картина понравилась. Кто-то придирался, что идея неоригинальна, а мне это как-то было не важно, меня ничего не раздражало, по крайней мере. Я не пожалел те полтора часа, что потратил на просмотр, и вышел из кинотеатра в приятном, легком настроении. У американцев, например, на мой взгляд, все уже настолько высчитывается заранее, чуть ли не формулы какие-то научные, математические выводятся — на какой минуте что случится, какая сцена, скорее всего, вызовет какую реакцию у зрителей, на какой минуте официант в кадре выронит поднос или главный герой смешно упадет и так далее. Так что не надо изобретать велосипед, стесняться этого, комплексовать. Есть какие-то сюжетные повороты, которые повторяются из сценария в сценарий, но это из разряда бродячих сюжетов, и в этом смысле важнее не что вы рассказываете, а как вы это делаете.

- А может быть, люди изменились, а наши российские кинематографисты не поспевают за изменениями в сознании публики, в ее вкусовых предпочтениях, в отличие от американских коллег?
- Вот в чем я точно уверен, так это в том, что люди не меняются — совершенно! Я сейчас в театре репетирую Островского — «Горячее сердце», и все на удивление актуально звучит. Это, кстати, самый недалекий пример, можно было бы уйти еще глубже в прошлое — куда-нибудь в древнегреческую комедийную драматургию — и сделать тот же вывод. Ничего не меняется: ни диспозиция и некие конфликты между собой социальных слоев, ни взаимоотношения мужчины и женщины, ни характеры, ни типажи — по большому счету ничто не ново и ничто не теряет злободневности. Меняется, может быть, только манера речи и… и все! Ничего не меняется в человеке. Мы каким были, такими и остаемся.

- А как с юмором? Нельзя отрицать, что сейчас мы и в жизни шутим на довольно скользкие темы — все на грани фола, природа смешного не изменилась? Может быть, во многом молодежь переняла американскую модель юмора, общения — в том числе и благодаря «их» кино?
- Что касается природы смешного, то не изменилась она. Опять можно вспомнить древнегреческих комедиографов, там всего этого было в избытке, того, что вы называете шутками на грани. Теперь о кино. На мой взгляд, оно не должно быть скучным, а в случае с комедийным кинематографом — оно еще и не должно быть несмешным. Если шутка вызывает смех, значит, мы добились нужного результата. Конечно, современные люди смелее шутят, раскрепо- щеннее, но это вновь — вопрос подачи, манеры, формы. Не более. Я, кстати, предвижу, в чем будут упрекать нашу картину: наверняка, что мы пошли по американскому пути, что у нас подражательство их комедиям. Честно говоря, меня совершенно это не волнует. Я знаю, что получилось очень профессионально и смешно. И спорить здесь, по-моему, не о чем. Если это работает, если это весело, не надо этого стесняться, снимай эту шутку — и какая разница, пошли ли мы по американскому пути или создали все по своему рецепту? Отталкивались от американского юмора или от своего?

- Ну да, неважно, какой рецепт, лишь бы блюдо было съедобным.
- Вот именно. Мы так и создавали «Билет на Vega$» — энергично, радостно. И смотреть его будет так же весело. Это кино для развлечения, комедия для массового зрителя — чтобы в процессе просмотра отключиться от проблем и отдохнуть. Можно прийти сюда с девушкой и от души посмеяться. И мы не останавливали себя рефлексией на тему «а не упрекнут ли нас в подражании Западу?», не переживали, что получится как у американцев.

- Если получилось как у американцев, это совсем неплохой уровень — позволю себе ремарку.
- Типа того, типа того. На мой взгляд тоже, это в данном случае комплимент.

- И напоследок пара вопросов в темпе «блиц» — совсем из другой оперы, чтобы оставить на прощание нашим читателям некое многоточие, обещающее новые встречи и интервью с вами. Каким было самое яркое ваше кино-впечатление последнего времени?
- «Маленькие секреты» Гийома Кане. Рекомендую. Думаю, постоянным читателям вашего журнала эта картина придется по вкусу.

- И о какой из своих ролей, находящихся в процессе создания, вы хотели бы упомянуть, чтобы зрители не пропустили ее в современном информационном потоке?
- Главная роль в телевизионном проекте «Петр Лещенко» — о знаменитом в свое время певце, о его драматичной судьбе на фоне глобальных исторических событий. Я играю этого героя в молодости, а роль Лещенко в зрелые годы исполняет Константин Хабенский.

- Все-таки создатели картины решили использовать ваше внешнее сходство (помнится, в комедии «Моя безумная семья» вы уже говорили о нем, но только от лица вашего персонажа, -было смешно, кстати)?
- Видимо, им это показалось удачным ходом. На мой взгляд, получается очень интересно, я жду выхода этого проекта на телеэкраны. Я снимался в нем с истинным удовольствием, надеюсь, что и зрители посмотрят его с тем же чувством.

Лилит Гулакян

30.11.-0001
Поделиться статьей: